Для Иркутска приезжий гость привычен, но приезжий особый. Он часто в городе на день или два: прилетел или приехал поездом, завтра утром едет в Листвянку или на Ольхон, а на обратном пути снова ночует здесь. Он хочет попробовать местное, у него мало времени и много вопросов. И приезжает он не только летом: в феврале и марте на Байкал едут смотреть лёд, и зимний туристический сезон для иркутских кафе ничуть не слабее летнего.

Гость с мороза

Зимой в Иркутске гость заходит в кафе с мороза, и первая минута у него уходит не на меню. Очки запотели, пальцы не гнутся, телефон, который лежал в кармане куртки, показывает десять процентов заряда или вовсе выключился на холоде. Попросить такого гостя отсканировать код сразу, как он сел, — не лучшая идея.

Здесь помогают простые вещи. Бумажное меню или хотя бы одна распечатка на стол остаются нужны: не у всех телефон готов к работе через минуту после улицы. Розетку или зарядку у стола в зимнем кафе гость запомнит надолго. Официант, который сначала приносит горячий чай, а потом предлагает меню, работает лучше любой технологии.

При этом электронное меню никуда не девается: через десять минут, когда гость согрелся и телефон ожил, он открывает его, смотрит фото и описания, выбирает десерт, заказывает с собой. Оно просто не должно быть единственным способом узнать, что есть в кафе.

Омуль, позы и названия, которые надо объяснять

Иркутские кафе кормят гостей тем, за чем те приехали: байкальским омулем, хариусом, позами и другими блюдами бурятской кухни, строганиной, таёжными ягодами и травами. Для местного жителя всё это понятно без слов. Для гостя из Москвы или из-за границы — нет.

Позы, бууза, буузы — одно и то же блюдо под разными названиями, и приезжий этого не знает. Омуль бывает холодного копчения, горячего, малосольный, на рожнях, и это совсем разные вещи. Если в меню написано просто «Омуль, 450 г», турист вынужден спрашивать, а официант объясняет одно и то же двадцать раз за вечер.

Карточка блюда в электронном меню снимает большую часть этих вопросов. Одна-две строки о том, что это такое и как едят, фото, вес порции. Для поз полезно указать, сколько штук в порции и как их правильно есть, чтобы не облиться бульоном: гости это ценят и с удовольствием рассказывают потом.

Когда омуля нет

Байкальская рыба зависит от сезона, поставок и правил вылова, которые время от времени меняются. Сегодня омуль есть, через неделю нет, потом появляется другой вид или меняется способ приготовления. Если меню бумажное, позиция остаётся в нём, и гость, выбравший её, слышит «сегодня нет». Для туриста, который ехал за этим блюдом, это разочарование.

Стоп-лист в электронном меню решает это напрямую. Если рыбы нет, позиция скрыта или помечена недоступной, и гость видит это до заказа. Привезли снова, и её вернули одним нажатием. Официантам не нужно держать в голове, что сегодня кончилось, а гость не выбирает то, чего нет.

Честность здесь важна вдвойне. Если вместо байкальской рыбы подают другую, это должно быть написано прямо. Турист, который узнал об этом постфактум, оставит отзыв, и в сезон такой отзыв прочитают многие.

Иностранные гости

Иркутск принимает много гостей из соседних стран, в первую очередь из Китая и Монголии, а летом ещё и из Европы. Многие из них не читают по-русски и не говорят на нём. Бумажное меню с переводом на три языка получается толстым и неудобным, и переводить его приходится каждый раз заново при смене позиций.

Электронное меню позволяет показать гостю язык его телефона или дать выбрать язык вручную. Переводить имеет смысл не только названия, но и короткие описания: иностранному гостю «Позы» ничего не говорят, а «паровые пельмени с мясом, бурятское блюдо» — вполне. Даже если перевод неидеален, гость хотя бы понимает, что заказывает.

Для заказа со стола это особенно полезно: гость, который не говорит по-русски, выбирает сам и не мучается, объясняя официанту, что хочет.

Две волны туристов

Летом, в июле и августе, в город едут все подряд. Второй наплыв начинается в феврале, когда на Байкале встаёт прозрачный лёд, и держится почти до конца марта. Между этими волнами туристов заметно меньше, и кафе работает в основном на местных.

Меню под эти волны может меняться. Летом больше холодного, лёгких салатов, лимонадов из местных ягод. Зимой в ход идут горячие супы, облепиховый чай, сбитень, сытные блюда. В сезон наверх выводят то, за чем едут приезжие: рыбу, позы, местные десерты, а в межсезонье возвращают туда обеды и то, что местные берут по вечерам. В электронном меню порядок разделов и блюда меняются без перепечатки.

Туристическая улица и спальные районы

Кафе в районе 130-го квартала и в историческом центре живут в основном за счёт туристов: гость один раз, много вопросов, желание попробовать всё сразу. Кафе в жилых районах и у вузов работают на местных: постоянные гости, привычные заказы, студенты с ограниченным бюджетом. Это разные заведения по сути, и настраивать их меню одинаково не нужно.

Туристическому кафе нужны описания, фото и переводы. Для районного — скорость: быстро найти своё блюдо, быстро заказать, быстро расплатиться.

Чего не будет

Электронное меню не согреет гостя, не зарядит его телефон и не заменит официанта, который подсказывает туристу, как есть позы. Оно помогает снять повторяющиеся вопросы и не продавать то, чего нет. Остальное — работа людей в зале.

Порядок действий

Пройти по меню глазами приезжего и дописать описания ко всем местным блюдам. Настроить стоп-лист, чтобы сезонная рыба и редкие позиции не продавались, когда их нет. Сделать хотя бы английскую и китайскую версии для туристических точек. А зимой — не убирать бумажное меню совсем и подумать о зарядках у столов.